Многодетная мать Юрина провела в СИЗО четыре месяца, а отец троих детей Мавлиев – шесть дней

Но даже если обвинители обжалуют арест в кассационной инстанции – на это уйдет время, которое не будет работать на пользу следствию. 

В следственном комитете уверены, что обвиняемый, получив преференцию выйти из камеры, сумеет скрыть следы преступления и повлиять на свидетелей. Возможно, они правы – у человека, сумевшего в кратчайшие сроки выбраться из-под ареста, будет возможность и «влиять, и скрывать». 

Уфимский градоначальник, отправившись домой, почему-то поблагодарил за смягчение меры пресечения президента страны Владимира Путина, а не председателя Верховного суда Башкирии Раиля Шайдуллина, с которым якобы давно водит дружбу. И надо же так случиться – именно ВС РБ, а вовсе не Путин, заменил ему нахождение под стражей на домашний арест. Странно, что вообще не под подписку о невыезде. 

А ведь руководитель республиканского Верховного суда прибыл в столицу Башкирии из Татарстана, где велико влияние отца Ратмира Мавлиева – Рафила Мавлиева. Мавлиев-старший вхож в самые высокие кабинеты, и будто бы за освобождение младшего Мавлиева хлопотало чуть ли не все высшее руководство соседнего региона.

Но в этой истории все невероятно. Но не мгновенные, учитывая праздничные дни, регистрация и рассмотрение апелляционной жалобы Мавлиева на арест – обычные сидельцы ждут такого рассмотрения неделями. И не рекордно краткое пребывание за решеткой, хотя сам этот факт может войти в криминальные архивы башкирской столицы. Обвиняемого изолировали от общества всего на неделю - два дня он провел в камере предварительного заключения и шесть дней после решения Советского районного суда Уфы в СИЗО. 

Такого не бывало даже с самыми вельможными башкирскими сидельцами, которые менее чем на два месяца на нары не отправлялись.   

А самое удивительное в этой истории то, что мэра Уфы вообще арестовали. Для всех, кто наблюдал за развитием событий после задержания г-на Мавлиева, было очевидным, что молодой представитель влиятельного клана в худшем случае отделается домашним арестом, в лучшем – получит какие-нибудь ограничительные меры. И когда районный суд вынес решение о заключении уфимского сити-менеджера под стражу, у многих наблюдателей начали рушиться выстроенные политические пазлы.

- Неужели закон один для всех? – удивлялись они. – И для сановных чиновников и для обычных граждан?   

А вот и нет. Уже через шесть дней уфимцы убедились в правоте утверждения писателя Джорджа Оруэлла, что все «равны, но некоторые равнее». И это правило, получается, работает не только для обычных людей, но и для высокопоставленных чиновников. Кто-то всегда оказывается «равнее». 

Напомним, Верховный суд Башкирии принял решение освободить Ратмира Мавлиева под домашний арест, ссылаясь на наличие троих малолетних детей и положительные характеристики. А ведь многие другие башкирские арестанты, имеющие точно такие же обвинения в коррупции, оставались под стражей значительно дольше, пока шли следственные действия.

Например, предпринимательница и многодетная мать 45-летняя Гульнара Юрина провела в СИЗО четыре месяца, прежде чем вышла под домашний арест и увидела своих четверых детей, младшей из которых всего пять лет. Министр культуры Башкирии Амина Шафикова третий месяц находится в московском СИЗО «Лефортово» несмотря на то, что в Уфе ее ждет маленькая дочь. Имеющий отличные характеристики и огромные заслуги перед Башкирией Раиф Абдрахимов, прежде чем выйти под домашний арест, пробыл на нарах восемь месяцев, несмотря на поручительства высших лиц региона. А участник СВО Алексей Локотченко, имея два ранения, полученных на фронте, находился в следственном изоляторе более года. Причем, его адвокаты настаивали, что пребывание в СИЗО может серьезно повредить здоровью подследственного, но это нисколько не смягчило сердца судей. 

На этом фоне доброта апелляционной коллегии по уголовным делам Верховного суда РБ, позаботившейся о детях обвиняемого в коррупции молодого и здорового мэра, выглядит крайне странно. 

Сам мэр утверждает, что невиновен и его подставили. Но то же самое говорили все чиновники, оказавшиеся под арестом, а некоторые обвинения против них иногда действительно вызывают вопросы. Но согласно закону, виновным или невиновным человека может назвать только суд, а в случае оправдания – государство обязано компенсировать страдания человека, незаконно брошенного за решетку. Закон суров, но он закон. 

Мавлиева обвиняют в получении взятки в особо крупном размере и превышении должностных полномочий. Следствие полагает, что сити-менеджер за деньги, собранные с уфимских рекламщиков, купил элитный джип, оформил его на «Центр общественной безопасности», но на фаршированном внедорожнике катался сам. Возможно, это невеликое преступление для чиновника, но весьма характеризует мэра как человека. А еще Ратмир Рафилович якобы требовал от застройщиков передать ему землю, ранее принадлежавшую санаторию «Радуга» в сосновом бору в микрорайоне «Зеленая Роща». Стоимость участка оценивается в 13 млн рублей, а джип обошелся городским предпринимателям в 21 млн.

Эксперты считают, что скоропалительное освобождение Ратмира Мавлиева из СИЗО под домашний арест поднимает важные вопросы о справедливости судебной системы и влиянии внешних факторов на судебные решения. 

- Случаи, подобные этому, вызывают общественное беспокойство и требуют тщательного расследования для восстановления доверия к правосудию, - говорят они.